Рецензии (и мысли вслух)

"Рецензия на рассказ "Орёл" И.С.Шмелёва"

   В рассказе описывается послереволюционное время. Центральный персонаж – Иван Бебешин. Он моряк, служивший на том самом крейсере «Аврора», который в Октябрьскую революцию бил по самому Зимнему дворцу. Иван с энтузиазмом приветствовал наступающие перемены, с остервенением захватывал Зимний, слепо верил в грядущие перемены, считал, ч то честно служа в Красной Армии, выполняет свой долг. Не исключено, что в какой-то момент Иван уверяется в том, что смысл его жизни заключён в освобождении русского народа от оков самовластья, от гнёта самодержавия. Он верит, что ему посчастливилось родиться и жить в этот необыкновенный исторический период. Он считает, что после Революции наступят те самые «новозаветные» времена ( конечно, сугубо в его понимании), к которым человечество эволюционировало со времён своего возникновения.

 

   Но затем «что-то не по себе стало». Отчего могло вдруг возникнуть это самое «не по себе»? Может быть, то самое чувство – комплекс «терпеливого русского Ивана» (который, как мне кажется, в течение жизни появляется у простого русского человека от жизненной несправедливости) было удовлетворено безумным буйством революционных событий? Или, быть может, его потрясли реки невинной крови, которая была пролита в эти годы? Или, быть может, он всё-таки сумел рассмотреть, почувствовать сердцем, что новая власть, новые времена, несмотря на огромные жертвы, не приносят облегчения жизни, что новая власть ничем не лучше старой, а скорее – хуже? Что старая Россия гибнет, а монстр, появляющийся на её месте вместе с худшим, разрушает и то лучшее, родное, близкое сердцу, что в России было?

 

    Привычный мир для Ивана Бебешина на его глазах перекраивался и изменялся. Перемены обрушились на головы людей с такой быстротой и силой, что затмили человеческий разум. Русские залили Россию кровью самих же русских. С какой-то безумной яростью разрушались вековые устои. Происходившее в то время напоминало сбывающееся предсказание о кончине мира. Всё, что противоречило установившемуся привычному порядку, даже очевидно абсурдное, восторженно приветствовалось сошедшей с ума толпой.

 

  Но когда-то должно было наступить первое протрезвление и похмелье? Люди начали понемногу приходить в себя. Дурман выветривался из головы. Озираясь по сторонам, люди перестали узнавать окружающее, не могли найти себя в этом «окружающем» преображённом мире.

 

  Шмелёвым персонаж Ивана Бебешина вписан в произведение как образ простого русского мужика, чьими «слепыми» руками вершилась революция. Характеризуя его революционный жар, Шмелёв пишет: «Он вошёл победителем во дворец, пил царское вино, плевал в зеркала, обдирал кресла и портьеры и всячески отводил душу». «Всячески отводил душу» в характеристике революционного Бебешина – ключевые слова. Копившиеся разочарования, раздражения, жажда справедливости, неудовлетворённость собственным положением нашли выход в революционном Иване. Гении революции – тонкие психологи, знающие о тяжёлом вековом положении русского народа, накалили его гнев до предела и выпустили его (народный гнев), увы, не для блага народа, а использовали исключительно в собственных корыстных приземлённых целях.

 

    … А потом наступило тяжёлое похмелье: «Что-то не по себе стало. Объявили. Что теперь Россия рабоче-крестьянской стала и советской, а русской власти и не видать, и никакого равенства, и против Бога. И даже не Россия, а какая-то РСФСР. Сукины дети, обманули. И это меня очень огорчило!»- так рассказывает Иван Бебешин о своих чувствах тогда.

 

    Народ начал понимать, что его в очередной раз обманули, использовали его силу в неправедном деле. При помощи обманутого народа разрушили старое, которое, в действительности, и не было таким плохим и ненавистным.

 

  Очнувшись, Иван Бебешин бежит в Крым и нанимается матросом на торговый пароход «Россия», который плавает по всему свету. За его спиной оставленная, преданная им империя окончательно рухнула, и пароход, ходивший под российским морским флагом, «застыл» в непонятном состоянии вместе со служившими на корабле матросами: страна исчезла с политической карты мира, и флаг Российской империи перестали принимать в международных портах. Через какое-то время моряки узнают, что у корабля, на котором они плавали, появился новый хозяин.

 

    «И стала для Ивана Бебешина «Россия» последней пядью родины». Всё потеряно: и старое не вернуть, и новое неприемлемо. Последней пядью родины становится для него обыкновенный корабль, и благо, что новый хозяин грек не пытается изменить название судна, не пытается сменить флаг. Иван к кораблю сильно привязывается. Корабль для него теперь – олицетворение, воплощение той самой преданной им поруганной Родины. «Россия» - последний клок той самой великой и могучей России, которую когда-то знал Иван. Он «прикипает» к кораблю и душой и сердцем, потому что название корабля и орёл на носу дают ему ощущение, иллюзию принадлежности, без которых он не чувствует себя живым, имеющим отчизну и государство. Забота об орле на носу и название корабля стало смыслом его теперешней жизни. Забота об этом давала выход его раскаянию, которое жгло его изнутри чувством вины. Существование корабля поддерживало в нём надежду, что Россия ещё сможет возродиться и у него появится возможность вернуться домой: «При флаге я строго стоял! И за нашим орлом следил… затем лаком подновлял, когда затусклится».

 

   Хозяин корабля грек продаёт судно новому владельцу, англичанину. На правах владения англичанин переименовывает «Россию» в «Йорк». На подходе к порту Лондона Иван Бебешин желает во что бы то ни стало поднять флаг Российской империи в порту «морского сердца». Неожиданно для себя он видит, что название «Россия» перекрашивают, а российского орла на носу корабля сбивают молотками. То, что он видит, не укладывается у него в голове. Ивану кажется, что его родину уничтожают во второй раз и допустить этого он не может.

 

    За устроенную потасовку русского моряка сажают в тюрьму. На суде Иван Бебешин, бывший большевик, оправдывался: «Я русский матрос и защищал русскую нашу честь!» В словах английского судьи прозвучала суровая правда: «Вашу честь вы должны были защищать раньше!»